Matières Fécales весна-лето 2027: мода для тех самых 99%
Если прошлый сезон Matières Fécales был посвящен «1%» — миру сверхбогатых, VVIC-клиентов и роскошной индустрии, которая привыкла за ними охотиться, — то теперь дизайнеры развернули эту идею на 180 градусов. Новая коллекция стала историей про остальные 99% и прошла под монументом Республики на площади Республики в Париже — месте, давно связанном с массовыми демонстрациями и политическими протестами.
Все 99 моделей показа были темнокожими или относились к другим этническим меньшинствам. Для Далтон и Бхаскарана это стало способом использовать собственную площадку не просто для создания очередной коллекции, а для разговора о том, кто получает право быть представленным в индустрии моды. Сам монумент оказался частью спектакля. Почти десятиметровая фигура Марианны символизирует Французскую республику, а расположенные у её основания фигуры — Свободу, Равенство и Братство. В какой-то момент к ним присоединилась Рианна, после чего показ начался.
Финальные образы стали самыми запоминающимися. Две молодые темнокожие модели вышли с гиперреалистичными скульптурами Сары Ситкин — фигурами упитанных пожилых белых мужчин с закрытыми долларовой символикой глазами. Этот финал рифмовался с началом показа, где модели несли на руках завёрнутых младенцев. Между этими двумя точками 35-минутное шоу разделилось на три акта.
Первая часть была наиболее личной и рассказывала о семье Бхаскарана. Финалом этого блока стал семейный портрет прямо на подиуме: сам дизайнер, его мать Грейс, сестра Шандеал и племянница Виханна. Религиозные мотивы коллекции тоже были связаны с его детством: Бхаскаран вырос в окружении индуизма, христианства, мормонской и мусульманской культур. Отдельное внимание дизайнер уделил мужской идентичности. Закрытые головы моделей он назвал способом «завуалировать мужскую идентичность», переворачивая традицию, в которой подобное ограничение чаще применялось к женщинам. По словам Бхаскарана, гипермаскулинность и патриархальные представления о мужчине сами могут становиться своеобразной маской, скрывающей настоящую личность.
В коллекции появились курты и костюмы с крестами, а в выборе материалов дизайнеры обращались к воспоминаниям Бхаскарана о детстве — в частности, к льняным юбкам, которые носила его мать. Рядом с этими личными деталями появились уже знакомые для Matières Fécales приёмы: состаренный тейлоринг, объёмная верхняя одежда и вечерние вещи с намеренно несовершенной, почти разрушенной фактурой.
Второй акт оказался самым хаотичным. Вспышки света, стробоскопы и клубы сухого льда буквально мешали рассмотреть одежду, зато создавали ощущение протеста и столкновения разных культур. Сам Бхаскаран назвал эту часть «протестной» и связал её с панк- и метал-сценами Монреаля, через которые после ухода из дома он нашёл свое окружение.
На подиуме появились кожаные панк-образы, балаклавы, элементы боди-модификации и футболки с Марианной в эстетике death metal. По словам дизайнера, его интересовали люди, которые отказываются соответствовать стереотипам — как тем, которые окружающие навязывают их культуре, так и тем, которые существуют внутри альтернативных субкультур. «Вот как сегодня выглядит Франция», — сказал Бхаскаран. Особенно громко публика встретила образ Bbyafricka в дениме, с красными ногтями, шипами на лице и высокими сандалиями Louboutin с ремешками до бедра.
Третий акт постепенно перевёл разговор из уличной культуры в территорию высокой моды. В платье с длинным тюлевым шлейфом появилась Моник-Антуан Ороземан, более известная как Муния, — мартиниканская модель и муза Ива Сен-Лорана, чей дебют в 1978 году сделал её одной из заметных темнокожих фигур парижской высокой моды. Дизайнеры продолжили расширять представление о том, что может быть современным кутюром. Индийские сари из Варанаси превратились в объёмные силуэты в духе 1950-х, для одного из которых потребовалось более 300 метров тюля. Ручной хлопок из Буркина-Фасо использовали для создания корсетных вечерних образов.
Так Matières Fécales соединили традиции разных частей мира с закрытым и исторически эксклюзивным миром парижской высокой моды. В коллекции можно было заметить отсылки к эстетике Александра Маккуина, Рика Оуэнса и Vetements, однако дизайнеры не стремились скрыть эти влияния — важнее для них было собрать из множества культурных кодов собственный рассказ о современном человеке.
«Наша задача — сделать моду наполненной душой и показать человечность, которая иногда теряется за гиперидеальными продуктами и гиперидеальными шоу», — объяснил Бхаскаран.
В основе коллекции осталась простая идея: каждый человек ищет своё место и хочет быть увиденным. Если французская республика строится на принципах свободы, равенства и братства, Matières Fécales добавляют к ним ещё одно слово — видимость.
Источник фото: Gettyimages
Всё самое интересное от Mainstyle в разделе ТОП-10